Расследования

Корпорация разбития

14.10.2019Яндекс.КартинкиZames.Media

Проект «Урал промышленный – Урал полярный», переименованный в «Корпорацию развития», приближается к своему концу. Концу бесславному и бесследному. Уральская инфраструктурная компания, через которую за 13 лет прошло 30 миллиардов рублей, передает имущество акционерам и запускает процедуру ликвидации. Но, как говорил Лао-Цзы, кто умер, но не забыт, тот бессмертен. На идее создания межрегионального «общака» с абстрактными целями развития, но совершенно реальными бюджетными инвестициями, в УрФО не ставят крест. Идея распила трансформировалась, переехала в Екатеринбург и получила нового куратора.

Начинали бодро. Проект освоения недр Урала, который по задумке решал проблему поставки сырья в промышленные центры Уральского региона и России в целом, презентовал Владимиру Путину полпред Пётр Латышев в октябре 2005 года. Тему подхватила «Единая Россия». Акционерами-флагманами стали Тюменская область (учредитель), Ханты-Мансийский автономный округ — Югра, Ямало-Ненецкий автономный округ. Соучредителем выступил «Фонд поддержки стратегических исследований и инвестиций УрФО», его связывали с заместителем полномочного представителя президента Виктором Басаргиным, впоследствии одним из худших губернаторов России во главе Пермского края. С его переходом в Минрегионразвития за фондом стала числиться миноритарная доля «Урала промышленного». Небольшие доли получили Челябинская и Свердловская область и DB International GmbH (подразделение Deutsche Bahn AG), она вош ла в состав акционеров в 2013 году в надежде заработать на участии в инфраструктурных проектах. За годы работы «Урал промышленный» порушил надежды не только DBI.

«Урал промышленный – Урал полярный» стоил 600 миллиардов рублей. 104 миллиарда рублей планировалось привлечь из федерального инвестиционного фонда. На деле федеральный бюджет не дал денег ни на один инвестпроект акционерного общества.

На первом совещании, где прозвучала идея «Урала промышленного», была поставлена задача обеспечить экономическую доступность богатейших минерально-сырьевых ресурсов Приполярного и Полярного Урала – построить железную дорогу по восточному склону Уральских гор. Это не известный всем Северный широтный ход, а ветка Полуночное – Обская. Дорога через Свердловскую область, Ямал и Югру выводила грузы уральских заводов к Северному морскому пути и стоила 150 миллиардов рублей.

Северный широтный ход. 

Северный широтный ход.

В далеком 2008 году ни Севморпути, ни скудных запасов уральских гор в федеральном приоритете не было, поэтому ключевой проект «Урала промышленного» забыли, но перед этим успели потратить 5 миллиардов рублей на проектирование. Отстаивать ветку пыталась губернатор ХМАО Наталья Комарова, но ямальские лоббисты во главе с Дмитрием Кобылкиным положили её на лопатки и полностью подмяли под себя инфраструктурное направление корпорации. Так появился Северный широтный ход.

Ключевым проектом «Урала промышленного» стало создание сопутствующей инфраструктуры ТС «Пурпе-Самотлор» и объектов для обслуживания нефтепровода «Заполярье – Пурпе» «Транснефти». Параллельно менеджмент брал подряды от акционеров: те из них, которые не были мелкими (как малая генерация на Южном Урале), оказались нереализуемыми. Это ТЭС «Полярная» в ЯНАО и «Полярный кварц» в Югре.

В 2012 году «Корпорация Урал Промышленный – Урал Полярный» в результате ребрендинга, проведенного для вовлечения новых инвесторов и расширения географии проектов, было переименовано в «Корпорацию Развития».

Кто и для чего брал подряды и складывал их «в стол»?

Чем больше проектов, тем больше денег, «презентации промышленного потенциала» становились основанием для дополнительной эмиссии ценных бумаг. Руководители все как один были талантливыми попрошайками: уставный капитал вырос до 31 миллиарда рублей. Денег влили настолько много, что часть из них ТОПы смогли незаметно и пока безнаказанно увести.

Выходец из уральского полпредства Александр Белецкий добился наибольших успехов в кабинетах губернаторов. Югра финансировала завод по производству особо чистых кварцевых концентратов в Нягани. «Этап проектировки стоил как строительство завода, но это никого не смущало. Белецкий кулуарно пытался получить часть электросетевых активов в ХМАО, но переговоры не завершились успехом», – рассказывают источники Zamesa в регионе.

Ямал давал Белецкому деньги на ТЭС «Полярную» – оплот энергетической безопасности Ямало-Ненецкого автономного округа, как её представляли в корпорации. Министерство энергетики России не внесло ТЭС в стратегию, и Ямал отказался от финансирования электростанции. К тому моменту инвестиции превысили 12 миллиардов рублей. Часть из них своровали, выявлены факты завышения цен на стройматериалы и оборудование для строительства до 181% от реальных, стоимость работ искусственно была повышена в 200 раз.

Александр Белецкий за любимым занятием на публике — подписанием очередных меморандумов.

Александр Белецкий за любимым занятием на публике — подписанием очередных меморандумов.

По факту хищения 1 миллиарда отделом по борьбе с экономическими преступлениями и коррупцией ГУ МВД России по Москве заведено несколько уголовных дел. Фигурантом одного из них стал генеральный директор компании-подрядчика «ТехЭнергоСтрой» Андрей Пудов.

Белецкого тоже задерживали. При прохождении паспортного контроля для выезда в Чехию следователи вручили ему повестку на допрос по истории с ТЭС «Полярной» и проектами дочерней «Строительной компании развития», руководство которой тоже обвинялось в мошенничестве, выводе денег акционеров и причинении ущерба. Дело для бывшего гендиректора «Корпорации развития» закончилось не арестом, а постом заместителя гендиректора «МРСК Урала». Белецкий хотел занять кресло генерального директора, по разным версиям, этому помогали его давний знакомый Алексей Бобров и губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев.

Не добившись успеха (гендиректором стал бывший руководитель Оборонэнергосбыта Сергей Дрегваль), Белецкий ушел из компании. Влиятельностью его друзей объясняется и то, что Белецкий по сей день не сидит.

Следующего генерального директора Сергея Маслова сотрудники МВД и ФСБ задержали в элитном подмосковном коттеджном поселке «Архангельское». Глава федерации конного спорта и его заместитель Владимир Караманов подозревались в хищении как минимум 1 миллиарда рублей «Корпорации развития» – деньги якобы пропали в проблемном ростовском банке «Народный кредит», куда руководители отправили их незадолго до отзыва лицензии. Уголовное дело до конца доведено не было, в 2017 году Следственный комитет снял обвинение в хищении с бывшего генерального директора, его назвали «жертвой оговора» со стороны коллег.

«Деньги из КР никто не похищал. Все средства лежали на счету корпорации и даже с процентами. Это доказало следствие, и Маслова отпустили», — рассказывали потом знакомые с ходом расследования уголовного дела источники. Но до момента закрытия уголовки Маслова успели снять с поста генерального директора.

Его место занял зам Сергей Новицкий. Он в отличие от предшественников не получил ни постоянного статуса (почти два года он провел в должности исполняющего обязанности), ни денег. Объясняется поведение акционеров экономическими причинами (нефтяные бюджеты из-за падения цен стали дефицитными) и политическими (началась подготовка к повышению губернаторов Тюменской области и Ямало-Ненецкого автономного округа на министерские посты). Новицкого заставили сокращать расходы, продавать непрофильные активы и имущество, выбивать кредиторскую задолженность в судах и не высовываться. Тем временем в регионах искали кандидата на место гендиректора, кредит доверия которого еще не был бы исчерпан.

Креатура хант, бывший директор Государственной страховой компании «Югория» Сергей Черняев стал компромиссной фигурой для акционеров. В обмен на назначение Ямал потребовал гарантии невмешательства в отчуждение Северного широтного хода. А вот Тюменская область уже тогда говорила о необходимости завершить все текущие проекты и закрыть корпорацию. Югра поддерживала, но после того как сможет получить в собственность остатки «Полярного кварца».

В тот же период «Корпорация развития» официально лишилась поддержки полпредства, исход «людей президента» начался при Игоре Холманских. Наблюдательный совет покинули его заместители Борис Кириллов (в 2009-2011 годах — заместитель генерального директора ОАО «Корпорация Урал Промышленный – Урал Полярный»), Александр Моисеев (возглавлял наблюдательный совет).

В конце срока своих полномочий полпред Игорь Холманских вывел из КР своих людей: Бориса Кириллова и Александра Моисева.

В конце срока своих полномочий полпред Игорь Холманских вывел из КР своих людей: Бориса Кириллова и Александра Моисева.

Полпред Холманских в последний год работы отказался от личного участия в итоговом заседании набсовета и совета акционеров. Осведомленные источники указывают на то, что решение о ликвидации «Корпорации развития» было принято два года назад при аудите партийных проектов «Единой России». «Урал промышленный — Урал полярный» оказался в числе безрезультатных, но из-за глубокой вовлеченности в финансовый спрут федеральных и региональных чиновников этот хвост решено было отрезать по частям. Хвоста осталось — на один взмах ножа: «Корпорация Развития» отдает регионам свое имущество, закрывает дочерние компании, в торгах акционерное общество не участвует два года.

Николай Цуканов на днях публично подтвердил начало ликвидации «Корпорации развития». С проектом в его текущем виде в полпредстве готовы попрощаться хоть завтра – он стал слишком токсичным для всех участников. Но сама идея уже точно оживет под новым брендом.

В Екатеринбурге зарегистрировано АНО «Стратегическое партнерство УРФО». Структура дублирует схему работы «Корпорации Развития»: разработка инвестпроектов и их реализация через областные институты развития. Исполнительным директором – председателем наблюдательного совета стал генерал-майор ФСБ в отставке Владимир Крупкин. Его уже замечали в коридорах полпредства, которое Крупкин покинул во времена Винниченко. Неофициальным куратором называют бывшего замруководителя администрации свердловского губернатора Алексея Багарякова, который на общественных началах трудоустроился в полпредство.

В ЕГРЮЛ внесены данные о первых акционерах АНО: купить пакеты принудили Свердловскую и Челябинскую область, долю получила Курганская область. Сведущие чиновники рассказали, что учредителем идеологического преемника «Урала промышленного» предлагали выступить тюменскому региону. Но губернаторы категорически отказались вкладываться деньгами (живыми или гарантиями) в АНО. Есть вероятность, что ХМАО, ЯНАО и Тюменская область вообще не будут отдавать партнерству свои проекты.

Участие северных спонсоров – это одна из основных интриг «Корпорации развития» – 2.0. Источники Zamesa рассказывают, что Цуканов согласился не настаивать на участии трех регионов в партнерстве при условии проведения горизонтальных трансфертов бедным соседям, в первую голову Зауралью. Ямал согласился первым и заплатил 350 миллионов рублей отступных. Переговоры с Тюменью и Ханты-Мансийском продолжаются.

Вторая интрига касается финальной коды «Урала промышленного». Николай Цуканов рассказал журналистам, что полпредство обратило внимание правоохранительных органов на ситуацию «Корпорации развития». И даже назвал конкретную фамилию – экс-советника полпреда Виктора Гузя. Конкретных обвинений не прозвучало, но намек дан довольно прозрачный. Гузь сухим из воды не выйдет.

Читайте также